как ночной гром среди боли и печали,
ураган, безумие в крови,
я — тихо плачущий ребёнок
в ночи, среди разломанных грёз, моих картин.

бегу к теплу, и лишь бы мной ты снова загорелся.
нет-нет, сгорать не надо насовсем,
лишь страх, отсутствие страданий.
дари мне, обнимай,

окутывай руками сильными,
сними, пожалуйста, мои печали,
которых, увы, даже сквозь прощания
ты не заметишь под лучом луны.

лишь выбор для безвкусия мне проповедует судьба.
люби, надеждой утопающей, коль нет — готова отпускать?

а что ответить — я не знаю,
упование сжирает мой покой.
он рвёт, он меня в ночи терзает,
пророчит, бьёт, он прижигает,
и лишь бы тишину души украсть,
как хитрый лис ворует добычу из курятника.

я до безумия в чаяниях блуждаю,
хоть знаю notre vérité.

усмири меня, пожалуйста,
люби надежду, что во мне.

и снова, как я захочу сбежать,
кричи: «куда же ты пошла? я тут снова загорелся!».
горишь… но только знаю, что вновь сгоришь дотла.